Не пропусти
Главная > Общество > Они пока еще рядом, оглянитесь…

Они пока еще рядом, оглянитесь…

В следующем году будет ровно 75 лет со дня Великой Победы. Конечно, этот день будет отмечен торжественно и празднично. Конечно, пройдет Бессмертный полк, и мы снова поразимся тому, сколько же их было, наших славных фронтовиков.

А потом снова придут будни. Вот и сейчас – будни. До праздника далеко. А единицы фронтовиков, единицы, вдумайтесь в это слово, пока что рядом с нами. Государство помнит о них и достойно поддерживает материально. Как бы помним и мы. Но – проходим мимо. Некогда. Свои заботы. 9 Мая зайдем. А ведь однажды их не станет. Не все доживут и до этой даты. Когда-то уйдут все. До последнего солдата. Они все уйдут в Бессмертный полк…

Штрихи памяти

За эти годы отношение к тому дню менялось неоднократно. До 1948 года – это был День Победы. Потом наступило затишье: сколько можно праздновать?! Победили, пора работать. А работы тогда было очень и очень много. Не всем фронтовикам она была по силам. Среди них немало было  изувеченных, изуродованных, изломанных войной. Они ушли первыми.

Но еще до 60-х годов прошлого столетия их можно было увидеть во множестве  в выгоревших солдатских гимнастерках, в пилотках, на костылях. Они тянулись к людям, на тогдашних базарах играли на гармошках «Соловьев», «Катюшу», подпевали хриплыми неверными голосами. Кто-то точил ножи. Кто-то просто просил подаяния. У кого-то были семьи. Кто-то остался здесь после госпиталей, которых в наших краях было очень много. Изувеченных раненых  подбирали сердобольные женщины, сейчас такой подвид женщин, кажется, совершенно исчез. Кто-то из них работал санитарками в госпиталях, и когда те стали закрывать, они повезли изувеченных воинов к себе домой, и те стали им мужьями, кто-то «просто так» взял. И ведь тогда никаких льгот, никаких послаблений не было! Берешь? Рассчитывай только на себя.

Были времена, когда фронтовики срывали со своих гимнастерок ордена и медали и бросали их в пыль, пьяно плача от бессилия хоть что-то изменить в своей жизни.

Мы с братом играли родительскими орденами и медалями до тех пор, пока не истерлись ленточки, не отломились застежки, не потерялись где-то сами медальоны. Помню тогдашние, азартные сражения мальчишек в лянгу. Кусочек меха нужно было соединить с кусочком металла и виртуозным образом подбрасывать ее ногой, не давая упасть на землю. Так вот не всякие медали годились для этого.

Помню один такой кружок с профилем Сталина, который мальчишки выбросили за ненадобностью, а я подобрала. Сталинский профиль мне очень нравился. Но это было несвоевременно. Потому что продолжались и продолжались дискуссии о культе личности, и было не ясно, кто из взрослых прав, а кто – виноват. Шли годы, а споры продолжались. Не утихли они и поныне.

Помню, как наш учитель истории, достав огромный клетчатый носовой платок, трубно сморкался в него, отирал слезы и говорил: Сталин – это личность, нельзя так, он многое сделал для страны. Сосед без ноги рассказывал: а я кричал «За родину, за Сталина!», когда шли в атаку, и, что, я был дурак?! А другой ему возражал: я никогда не кричал, вообще ничего не кричал, когда шел в атаку, молчал, сил на крики не оставалось. Но на официальном уровне Сталина яростно клеймили, повсюду сносились его памятники. Именно тогда  в обиход решительно вошло слово «интеллигент», и именно такая категория людей начала усиленно «объяснять правильно» нам нашу же историю, что означало, прежде всего, пересмотр всей истории, крушение любых кумиров и анекдоты на самые щекотливые темы.  Фронтовики публично о своем главнокомандующем не любили высказываться. Но заставить их забыть его никто так и не смог.

Солдат и душа

Именно на той войне в атеистической стране возникло легкое, беспомощное, едва намеченное слово «душа». Стали постепенно восстанавливать церкви и мечети. Фронтовики, кто, как мог, молились. Мой отец до конца своих дней верил в то, что от верной гибели его не раз спасал родной отец, уже давно умерший, и отец небесный. Действительно, происходили какие-то неслучайные случайности, и он оставался жить. Мама, если на тот момент в их военно-санитарном поезде не было раненых, а они попадали под бомбежку, из поезда в укрытия не бежала. Все вокруг грохочет, а она вымоется, чистое наденет, ношеное постирает и ложится спать. Очень, рассказывала, уставала. Говорила: а я знала, что мама моя за меня молится, и чему быть – того не миновать. Они не были религиозными, мои фронтовики-родители, но о душе своей заботились, старались никого не задеть, не обидеть.

Бывшие фронтовики, в массе своей  жесткие и грубые, не любили интеллигентов, но слово «душа» им было очень близко. Никогда после я не встречала таких людей, каким было то поколение. Сочетание твердости и доброты. Силы и неумения постоять за себя. Тысячу раз приходилось их видеть плачущими, но еще чаще – испуганными ввиду чиновничьей бюрократии. И это было странно, и это не сочеталось с фильмами о войне. И не все фильмы были про их именно войну. Помню фронтовиков, которые долго учились, получили профессии врачей, инженеров, учителей. И это были профессионалы очень высокого уровня. Если в анкете при приеме на работу было написано: воевал там-то, то такого человека брали на работу безоговорочно.

Последней войной для моих родителей стала война с Японией, короткая, но не менее злая. Там они успели подружиться с мирными жителями Японии, которых затем выселили с советской территории, обменялись адресами и подарками. Особенно удивителен был цветок хризантемы. Он был искусственный, но как настоящий и  пахнущий росистой утренней свежестью. Он лежал в коробке десятилетия, и когда его доставали, то в дом приходила теплая, солнечная осень. Тут в гости заглянул родственник – партийный функционер. Он с ужасом обнаружил у родителей эти «факты» общения с вражескими силами и лично сжег и хризантему, и бумаги в печке, подталкивая их кочергой в самое пекло. При этом он кричал: ты забыл о том, что твой отец был репрессирован?! Ты думаешь, что если был на фронте, так тебе все с рук сойдет?! Отец притих. А мама гордо стиснула губы: что за глупости?!

Отцовские шинели постепенно превратились в куртку для брата и «разлетайку» для меня. Жесткая, шершавая «разлетайка» была моим детским мучением и стыдом. Моя подруга, чей отец работал в торговле, на фронте не был, носила драповые пальтишки и шикарные капоры. Я на ее фоне, крепко повязанная толстым шерстяным платком и в обвисающей на худом теле «разлетайке», казалась странной. Нам трудно, говорила мама, потерпите, папа только-только демобилизовался, хотя война давным-давно закончилась, но у нас еще нет своего дома, у нас еще нет ничего, но все будет, когда-нибудь все будет, потерпите. Почему твой папа не воевал? Спросила я однажды подругу. Та от разговора ушла. Тогда я спросила своего отца. И он побагровел и, оттолкнув меня, куда-то ушел. Мама запретила мне дружить с этой девочкой только после того, как та заявила: а порядочные женщины на фронт не ходили! Услышали бы эту фразу сотни солдат, которых спасла кровь моей мамы, переливаемая под бомбежкой прямо из вены в вену. Те солдаты, которых она вытаскивала на себе, те солдаты, которым она вытирала последние их в этой жизни слезы…

Когда вдруг страна снова вспомнила о былой победе, когда вдруг все снова стали произносить имена фронтовиков с уважением, когда вдруг постепенно стали появляться какие-то льготы, мои родители растерялись. Отец смущенно сказал маме: а мои награды где? Детям когда-то отдал, парировала мама, тебе же они не нужны тогда были. Отец прокомментировал: да кто же знал?

Потом они постепенно привыкли к празднику. И стали, наконец,  рассказывать о войне, а прежде не любили. Потом они стали  слабыми.  А потом 9 Мая стал приносить только проблемы. Ворвется какая-то делегация, скороговоркой поздравит, чего-то там прокричит и исчезнет. Они  вздыхали с облегчением, когда стихия праздника стихала. Хорошо, что они  не читали газет, и, тем более, не могли пользоваться Интернетом, поэтому  всякие современные рассуждения о том, какой была та война, какими они были сами, кто победил, а кто проиграл – им так и не привелось узнать. Пошел очередной откат, новый пересмотр итогов той войны. Подлая мысль 90-х годов: надо было тогда сдаться фашистам, сейчас бы жили, как европейцы, ничто по сравнению с теми мыслями, которыми теперь наводняется Интернет в канун и после Дня Победы. Так хочется попросить всех этих современных «борцов» — просто помолчите! Просто, молча, пройдите мимо этого дня. Ваших побед пока что не видно.

Ничто на земле не проходит бесследно

У каждого времени свои задачи и свои проблемы, свои радости и свое счастье. И даже своя идеология. Но никто никогда не смог и не сможет отменить общечеловеческие принципы нравственности и морали. А в ряду этих нравственных норм – уважение к солдатам. К их памяти. Их могилам. Их именам. А эти наши солдаты – солдаты-победители. Стать победителем – совсем непросто. И дух победителей просто так никому не дается. У того поколения совсем иной дух. Они прожили жизнь, любя свою страну и дорожа чувством собственного достоинства. Когда я сегодня встречаю одного из фронтовиков, то каждый раз поражаюсь тому, что, став очень старым, он не теряет духа. И каждый раз спрашивает первым у меня: как твои дела? И  ему,   так же, как и всем нам, не хватает простого человеческого внимания, но он никогда не жалуется. Однажды только у него проскользнуло: не так, не так я хотел доживать. Потом резко остановил себя. И рассмеялся: совсем постарел, вот жалуюсь…

К чему вот эти мои заметки задолго до 75-летия Победы? Просто оглянитесь: они еще рядом с нами. Их совсем немного. Поделитесь с ними своим теплом. Без фанфар и не шумно. Обычным человеческим теплом, которого сегодня так мало. Однажды уйдут и они. А на праздничных трибунах будут стоять совсем другие люди…

Людмила ЖОЛМУХАМЕДОВА

О По материалам инфоагентств

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

x

Check Also

Жайылские спортсмены участвовали в турнире памяти Мелиса Апылова

С 10 по 12 октября в городе Балыкчи Иссык-Кульской области проходил Международный турнир по вольной ...

Жайылские спортсмены заняли призовые места на Кубке Азии по дзюдо

Со 2 по 8 октября 2019 года в городе Чолпон-Ата Иссык-Кульской области проходил открытый Кубок ...

Жители квартала Оторбаева г. Кара-Балта против повышения тарифов на питьевую воду

Жители квартала Оторбаева обеспокоены  тем, что МП «Кара-Балтинский водоканал» выступает с предложением о повышении тарифов ...

WhatsApp chat